In attesa della traduzione italiana da parte di un nostro prezioso collaboratore, pubblichiamo questo importante pezzo di Thierry Meyssan in russo che collega molte cose accadute nell'ultimo periodo tra lobby sionista negli Usa e interessi militari americani, American-Iranien Council e la visita di Ahmadinejad a Washington, relazioni di Washington con Iran, fallimento della conferenza ad Annapolis e la retroscena, commissione Hamilton-Baker e tutta la retroscena della politica americana e presunto controllo militare della politica estera americana.

La redazione


Это вторая публикация французского политолога Тьерри Мейссана, который, очевидно, становится нашим постоянным автором (предыдущую статью Мейссана — об истории восхождения к власти Николя Саркози — см. в №23 за 2008 год). Анализ Мейссаном борьбы представителей различных направлений в нынешней администрации США представляется крайне интересным, притом что в логику этой борьбы вписывается не только ближневосточный аспект, но и нынешний кавказский кризис, причем во всем его широком контексте. Тьерри Мейсcан — одна из самых противоречивых фигур французских медиа и обладает весьма своеобразным взглядом на мировые политические процессы. Он занимает крайне радикальную позицию по отношению ко многим уважаемым демократическим авторитетам и институтам и потому во Франции лишен выхода на широкую аудиторию. Чему немало поспособствовала его книга «Чудовищная махинация-2», в которой он показывает, как контролируемые капиталом медиа путем неточных переводов, обтекаемых формулировок и мелких передергиваний могут превратить правду в клубок лжи и спровоцировать заказной военный конфликт.
 Это вторая публикация французского политолога Тьерри Мейссана, который, очевидно, становится нашим постоянным автором (предыдущую статью Мейссана — об истории восхождения к власти Николя Саркози — см. в №23 за 2008 год). Анализ Мейссаном борьбы представителей различных направлений в нынешней администрации США представляется крайне интересным, притом что в логику этой борьбы вписывается не только ближневосточный аспект, но и нынешний кавказский кризис, причем во всем его широком контексте. Тьерри Мейсcан — одна из самых противоречивых фигур французских медиа и обладает весьма своеобразным взглядом на мировые политические процессы. Он занимает крайне радикальную позицию по отношению ко многим уважаемым демократическим авторитетам и институтам и потому во Франции лишен выхода на широкую аудиторию. Чему немало поспособствовала его книга «Чудовищная махинация-2», в которой он показывает, как контролируемые капиталом медиа путем неточных переводов, обтекаемых формулировок и мелких передергиваний могут превратить правду в клубок лжи и спровоцировать заказной военный конфликт.

Конец 2005 года можно считать периодом колебаний для Соединенных Штатов Америки. Их войска в Ираке подвергаются преследованиям, война обходится очень дорого как в финансовом отношении, так и в плане человеческих жизней, среди американцев нет единодушия относительно необходимости таких жертв. Сомнения усиливает и то, что в своих объяснениях администрация Буша постоянно сама себе противоречит.
Вспомните. В своей знаменитой речи в Совете Безопасности ООН госсекретарь Колин Пауэлл утверждал, что Ирак представляет опасность для мира во всем мире и угрожает Соединенным Штатам. Потрясая флаконом якобы с бациллами сибирской язвы, он призывал к своеобразной форме предваряющего удара, законной самообороны — «превентивному нападению».

Американские военные эксперты уверяли, что Ирак располагает или вот-вот будет иметь доступ к оружию массового уничтожения и межконтинентальным ракетам. Премьер-министр Великобритании Тони Блэр с пафосом утверждал, что Саддам Хусейн может нанести удар по Великобритании за 45 минут.
Потом выяснилось, что все эти свидетельства, все эти сделанные за государственный и частный счет доклады оказались лишь вымыслом, хитроумной инсценировкой англосаксонских пиарщиков. Однако администрация Буша тут же нашла другое оправдание своим действиям: нападение США на Ирак уже не называлось предваряющим ударом с целью самозащиты — его целью являлось освобождение иракского народа от жестокой диктатуры Саддама Хусейна.
Для других государств уже сама теория предваряющего удара выглядела довольно сомнительной, а уж тезис «освобождения» и вовсе не выдерживал критики. Соединенные Штаты захватили суверенное государство и наложили руку на его колоссальные запасы нефти — одни из самых значительных в мире. Таким образом, Вашингтон нарушил не только международное право, но и равновесие наций, а также присвоил энергетические ресурсы, необходимые для развития мировой экономики, вызвав тем самым повышение цен на нефть, что составляет угрозу для выживания самых бедных слоев населения.

Для американского же общественного мнения систематическая ложь руководства страны также не казалась нацеленной на защиту ее национальных интересов (тривиальное наблюдение: цены на бензин растут и в Соединенных Штатах).
Тогда кому же выгодна эта война? Должна ли она вестись за счет американских налогоплательщиков? Должен ли американский народ жертвовать ради нее жизнью своих солдат?
Для общественного мнения, потерявшего ориентиры, подвергающегося интенсивной пропаганде, ответы на эти вопросы неясны. Но в то же время можно констатировать факт, что некоторые частные компании получают в этой ситуации баснословные прибыли и что их руководство имеет личные связи с администрацией Буша. Например, ранее компанию Halliburton, производящую оборудование, возглавлял Дик Чейни, во главе строительной компании Bechtel когда-то находился бывший госсекретарь Джордж Шульц, а руководство компанией по производству оружия Lockheed Martin осуществляет супруга Дика Чейни.
Правящий класс США должен реагировать на сложившуюся ситуацию. Для того чтобы бизнес мог развиваться нормально, надо восстановить доверие к американской Империи, остановить утечку средств, связанную с войной в Ираке, и более оптимальным образом распределить прибыль от этой операции между «своими». И действовать надо быстро, поскольку администрация Буша готовится к новой войне, на сей раз с Ираном, против которого она выдвигает все те же необоснованные обвинения, что и против Ирака: производство оружия массового уничтожения, секретная военная ядерная программа.

Комиссия Бейкера—Гамильтона

Как заставить администрацию Буша сменить политику, когда ее члены в частном порядке получают от этого такие барыши? Надо просто создать в Конгрессе консенсус между двумя большими партиями — республиканцев и демократов, организовать перераспределение бюджетных средств таким образом, чтобы лишить Белый дом возможности проводить ту политику, которая его устраивает.
Влиятельный парламентарий, член палаты представителей Фрэнк Уолф отправляется в Ирак, чтобы собственнолично дать оценку ситуации. По возвращении в Вашингтон он убедительно доказывает необходимость разработки плана завершения американской военной операции в Ираке и возобновления нарушенных из-за нее международных связей.
По его требованию создается двухпартийная комиссия экспертов высокого уровня, которой предоставляются большие финансовые возможности. Эта комиссия известна как «Рабочая группа по Ираку», или «Комиссия Бейкера—Гамильтона» — название, составленное из фамилий двух ее сопредседателей. В течение девяти месяцев перед ней выступают за закрытыми дверями все политические деятели и военные, обладающие маломальским весом в Вашингтоне. Ее члены посещают Ирак. Наконец, в декабре 2006 года комиссия представляет доклад.
Совершенно очевидно, что, даже если основным негативным фактором для США является ситуация вокруг Ирака, неудачи администрации Буша затрагивают более широкий круг вопросов. Передел «Большого Среднего Востока» — несбыточная, губительная для страны мечта. Поставив перед собой невыполнимую задачу — захватить весь этот регион, Вашингтон теряет там свои позиции. И это негативно сказывается на его влиянии во всем мире.
Проблематика Комиссии Бейкера—Гамильтона расширяется: речь идет не просто о том, чтобы выбраться из «иракской трясины», но и о том, чтобы придумать схему, которая позволила бы решить средневосточную проблему во всем ее объеме.

Так о чем этот доклад? Он состоит из двух основных частей: в первой предлагается объективный анализ сложившейся ситуации, во второй сформулированы соответствующие рекомендации. И если в подобных случаях часто предлагаются списки мер, из которых представители соответствующих инстанций потом выбирают те рекомендации, которые кажутся им политически осуществимыми, то в данном докладе все 79 рекомендаций являются результатом политического консенсуса — выбор невозможен. Рекомендации составляют единое неделимое целое, и эта целостность обсуждению не подлежит.
В приложении излагается история создания доклада, дающая гарантию того, что предложенные политические изменения не направлены против Республиканской партии, а основаны на двухпартийном соглашении (читай: чтобы вернуть Буша на правильный путь).
Там сказано также, что член палаты представителей Фрэнк Уолф убедил своих коллег в необходимости создания этой комиссии и что они согласились на то, чтобы ее деятельность финансировалась органом Конгресса — Американским институтом мира. Парламентарии совместно со спонсорами избрали двух сопредседателей комиссии (их работа не оплачивалась), которые на следующем этапе пригласили в комиссию еще десяток членов (они также работали на добровольных началах). Спонсоры подключили к работе 44 постоянных экспертов, эффективный секретариат, а также взяли на себя все командировочные расходы этой элитарной ассамблеи.
Конечно же, рассказывая эту историю, авторы немного покривили душой. Ни в коей мере не ставя под сомнение достоинства члена палаты представителей Фрэнка Уолфа, следует признать, что один он никогда не смог бы запустить в ход такой механизм. Не исключено, что первичная инициатива в этом деле принадлежала именно ему, но возможно также и то, что подлинные инициаторы предпочли оставаться в тени. Но все это не так важно. Главное то, что он одновременно является сторонником президента Буша и пользуется доверием у вооруженных сил, — таким образом удалось избежать политиканских разногласий и критики в адрес вооруженных сил.
В качестве спонсоров выступили три института, три знаменитых «мозговых центра», которые объединяют в себе всю политическую и бизнес-элиту. Эти «вывески» также позволили истинным дарителям оставаться в тени — а деньги большие: миллион долларов.
Первый из них, Центр исследований при президенте США, был создан в 1960-е годы по инициативе президента Эйзенхауэра. Он должен был способствовать формированию нового поколения политических деятелей. Во главе этого института стоит посол Дэвид Эбшайр, видный представитель американского аппарата безопасности и системы пропаганды.

Второй — Центр стратегических и международных исследований — был создан примерно в тот же период группой республиканцев, в их число входил все тот же представитель США в ООН Дэвид Эбшайр. Учреждение в высшей степени идеологизированное, объединяющее нефтяные лобби США и Саудовской Аравии.
Последний — Институт Джеймса Бейкера III — меньше сосредоточен на идеологии и является в большей степени, чем два предыдущих, учреждением университетского толка. Он занимается изучением всех насущных политических проблем, но в большей степени специализируется в области энергетической политики. Им руководит посол Эдвард Джереджиан, специалист в области американской пропаганды в арабском мире.
Сопредседателями комиссии являются Джеймс Бейкер III (возглавляющий одноименный институт) и Ли Гамильтон.
Джеймс Бейкер — матерый бизнес-адвокат, тесно связан с семьей Бушей (теснее с отцом, чем с сыном). Это влиятельнейший человек, который в течение долгих лет определял политику Республиканской партии. Именно он пять раз был ответственным за президентские избирательные кампании своей партии. Кроме того, он был адвокатом Джорджа Буша во время конфликта вокруг фальсификации выборов в 2000 году. В свою бытность государственным секретарем он создал самую большую военную коалицию в истории вокруг операции «Буря в пустыне». Бейкер защищал интересы нефтяного лобби против сионистского движения, сделав неизбежным созыв Мадридской конференции в 1991 году. Он часто повторял, что этот поступок обошелся ему очень дорого. После 11 сентября его адвокатская контора защищала правительство Саудовской Аравии, попавшее под суд после иска семей погибших, возложивших на него ответственность за предполагаемые деяния Усамы бен Ладена и его пособников. Бейкер был также специальным эмиссаром Джорджа Буша-младшего во время обсуждения условий списания иракского долга. Он справился с этой задачей, списав часть долга и обратившись к международному сообществу с призывом уплатить остаток. В результате Ирак в полном объеме выплатил долг Кувейту, бизнес-адвокатом которого по линии своей частной практики был Бейкер.

Ли Гамильтон, со своей стороны, в течение нескольких десятилетий был председателем Комиссии иностранных дел палаты представителей от Демократической партии, точнее — подкомиссии по Среднему Востоку. Помимо этих занятий благодаря своему государственному подходу к решению проблем он два раза «прикрывал» своих политических противников, предотвращая тем самым разрушение институтов. Так, будучи председателем парламентской комиссии по расследованию скандала вокруг продажи оружия Ирану, он сделал все, чтобы избежать обвинений против Рональда Рейгана и Буша-старшего. Аналогичным образом, когда вследствие вызванной моими публикациями полемики, связанной с событиями 11 сентября, Буш-младший попросил его сопредседательствовать в комиссии по расследованию этих событий, он способствовал сокрытию всех фактов и свидетельских показаний, опровергающих версию правительства о наличии исламского заговора. Как и Бейкер, Гамильтон близок к нефтяной промышленности и никак не связан с сионистским лобби. Это он в 1970-е годы выработал доктрину военного вмешательства США в Персидском заливе с целью сохранения нефтяного обеспечения страны. Джимми Картер придал ей официальный характер.
Членом комиссии был также Лоуренс Иглбергер, еще один бывший государственный секретарь при Буше-старшем, член совета директоров компании Halliburton. Для бизнесменов администрации Буша его членство в комиссии является гарантией того, что они ни перед кем не будут нести ответа и что предлагаемая политическая реформа не направлена против них.
Доклад заканчивается списком из 170 человек, которые выступили перед комиссией за девять месяцев ее работы. В этом списке не забыта ни одна из заметных фигур.

Все в Вашингтоне участвовали в создании этих рекомендаций, и никто не может оспаривать их обоснованность.
Рассмотрим 79 рекомендаций, в которых излагается альтернативная политика по отношению к той, что проводится сегодня. Именно эту альтернативу группа Бейкера—Гамильтона хотела навязать тандему Буш—Чейни, именно она является «дорожной картой» для следующего президента Соединенных Штатов, кем бы он ни был.
   Комиссия предлагает прибегнуть к дипломатии: соседствующие с Ираком государства должны воспользоваться своим влиянием на различные группировки в Ираке и минимизировать трения, а не подливать масло в огонь. Это означает полный отказ от плана передела «Большого Среднего Востока». Каждое государство региона следует первым делом убедить в том, что ему ничто не угрожает, а затем уже на партнерских началах пытаться добиться его участия в процессе глобального разрешения конфликта. С этой точки зрения мир в Ливане, возвращение Голанских высот Сирии и создание Палестинского государства необходимы для разрешения иракского кризиса. Короче, речь идет о том, чтобы продолжить работу Мадридской конференции, прерванную в свое время Клинтоном.
   Если иракские группировки проявят добрую волю, как и соседствующие с Ираком государства и великие державы, то это будет означать отказ от двух основных целей тандема Буш—Чейни. Они должны будут публично заявить о том, что Вашингтон отказывается от размещения постоянных военных баз, с одной стороны, и кабальных контрактов на эксплуатацию нефтяных месторождений — с другой.
Участие всех иракских группировок в процессе стабилизации страны предполагает, со своей стороны, отказ от санкций против Партии арабского социалистического возрождения и отказ от присоединения нефтяного месторождения Киркука к провинции Курдистан.
Не возвращаясь к лживым утверждениям, которые, во-первых, привели к войне, а во-вторых, вызвали кризис в отношениях между министром обороны Дональдом Рамсфелдом и его советниками, с одной стороны, и руководством Пентагона — с другой, комиссия указывает на необходимость реформы функционирования Пентагона.
И наконец, не останавливаясь на разграблении Ирака в период, когда Пол Бремер был главой его гражданской администрации, комиссия дает множество рекомендаций, направленных на оптимизацию процесса восстановления страны.

Политическая альтернатива, предложенная Комиссией Бейкера—Гамильтона, продиктована отнюдь не человеколюбием или стремлением к миру. Просто руководство Соединенных Штатов осознало, что провал в Ираке истощает самую могущественную сегодня державу. Как и в период вьетнамского фиаско, проблема выживания Империи требует смены политического курса.
На примере Ирака можно с особой ясностью проследить характерную для американского капитализма диалектику в ее наиболее негативном аспекте. Главная линия раздела пролегает отнюдь не между республиканцами и демократами, федералистами и централистами, изоляционистами и интервенционистами. Центральный момент — это противостояние, с одной стороны, тех, кто делает деньги на «беспорядках» в мире: это торговля оружием, которое разрушает; строительный бизнес, который «восстанавливает»; и вся нелегальная торговля, которая наживается на несчастьях людей. А с другой — тех, кто эксплуатирует чужие богатства и кому, соответственно, необходима стабильность: обладатели всевозможных патентов, свидетельств и прав, которые получают процентные отчисления от работы других людей; «короткосрочные» инвесторы, приобретающие предприятия не для их развития, а чтобы их обобрать. Для нормальной жизнедеятельности империи-хищника нужно поддерживать равновесие между этими двумя формами капитализма: грабежом с привлечением насилия и грабежом, основанным на злоупотреблении доверием.
Что бы там ни было, рекомендации комиссии будут даны позже. Быть может, даже слишком поздно. А тем време